Цивилизация

[UranGan]

«Современный человек впервые появился на землях Запада около 40 тысяч лет назад. На этой границе между геологическим и доисторическим временем Европа пережила несколько оледенений, которые наложили глубокий отпечаток, как на ее ландшафт, так и на флору и фауну. Первые люди перекочевали на материк не после окончательного отступления льда, а в межледниковый промежуток — история самых ранних европейцев есть история приспособления к постоянно меняющемуся миру. Первые современные люди прибыли в Европу из Северо-восточной Африки и Ближнего Востока, где, судя по археологическим данным, жили уже 90 тысяч лет. Возможно, какое-то время они существовали бок о бок с неандертальцами, однако около 40 тысяч лет назад те вымерли, оставив Homo sapiens sapiens единственным представителем рода Homo».

Как и сегодня, Европа того периода состояла из нескольких природных зон. Ледовый покров на севере (и вокруг Альп) к югу сменялся обширным поясом тундры и степей, леса же занимали только узкую полоску средиземноморского побережья. Уровень моря был примерно на 120 м ниже современного, и на месте южной части Северного моря и западной Франции простирались огромные прибрежные равнины, образовывавшие с нынешними Британскими островами непрерывную поверхность суши и вдававшиеся в океан. Несмотря на суровость зимы в полосе тундры и степи, эти просторы были местом обитания многочисленных стад травоядных: прежде всего северных оленей, также бизонов, диких лошадей, туров, а в самые древние времена — мамонтов и других «ледниковых» млекопитающих.

Весьма вероятно, что самые древние люди в Европе, архантропы, добывали себе пропитание поисками павших животных, однако уже неандертальцы и современные люди научились для этой цели убивать крупных млекопитающих. Охота — предприятие, сложность которого не стоит недооценивать: для такого животного, каким является человек (физически слабый, лишенный когтей примат), убийство даже самого малоподвижного травоядного представляет собой непосильную задачу в отсутствие орудий и некоторой доли организации. С пришествием современных людей начинают широко распространяться пластинчатые изделия из камня: скребки, резцы, наконечники, ножи, шила — в производстве орудий ранние европейцы демонстрируют замечательную изобретательность и сноровку. 33–тысячелетней давности изделия из кости и бивня показывают, с каким поразительным мастерством они умели вырезать, распиливать, затачивать и полировать доступные материалы.

Холодный климат означал, что людям, как и животным, на которых они охотились, поневоле приходилось быть сезонными кочевниками — продвигаться на север в летний период и отступать на юг в зимний. Вначале они, вероятно, не занимались охотой систематически, однако вскоре были найдены способы охоты, которые не так сильно зависели от удачи и которые в результате привели к переменам в социальной организации ранних людей. Уже 30 тысяч лет назад места обитания групп охотников–собирателей начинают подтягиваться к основным маршрутам сезонной миграции травоядных млекопитающих. К примеру, река Везер и долина Дордони находились на пути миграции северных оленей с летних пастбищ в районе Центрального массива на Атлантическую равнину, их зимнему ареалу Костные останки, найденные в этих местах, как правило, по одному животному на каждую стоянку, указывают на систематическую эксплуатацию одного вида добычи. Человеческие сообщества становятся крупнее — на стоянках Ложери–От и Лоссель на юге Франции, в Дольни Вестонице, Виллендорфе и Костенках в Центральной и Восточной Европе жили десятки и даже сотни человек. Подобное расширение групп стало возможным благодаря большей оседлости — вместо того чтобы следовать за стадами, теперь люди могли поджидать их в определенных местах. Это позволило селиться в пещерных системах, а также на открытой местности, устраивая достаточно долговечные жилища из костей, камня и деревянных столбов. Хотя Европа преимущественно оставалась безлюдным континентом, плотность населения и число крупных стоянок значительно выросли в тех областях, где было достаточно животных ресурсов.

12 сентября 1940 года четверо подростков случайно забрели в одну из пещер комплекса Ляско на юге Франции, где обнаружили знаменитую «картинную галерею». Верхние части пещеры и почти весь свод сплошь покрывали реалистические изображения туров, лошадей, буйволов, каменных козлов и других животных; в галереях, найденных в глубине пещеры, нашлось еще больше высеченных и нарисованных анималистических изображений, возраст которых оценивается в 17 тысяч лет. К тому времени на севере Испании в пещерном комплексе Альтамира, где раскопки велись с 1879 года, вместе с орудиями и другими артефактами были обнаружены образцы архаической наскальной живописи, оставленные людьми, которые обитали там 18–14 тысяч лет назад. Хотя красота и искусность этих находок никем не оспаривались, открытия, сделанные в Ляско и Альтамире, породили долгие, не прекратившиеся по сей день дебаты о функции искусства в доисторических обществах. Наскальная живопись находится в глубине пещер, она почти целиком сводится к изображению добываемых животных (изображения человека редки и, как правило» нереалистичны), наконец, что удивительнее всего, рисунки часто располагаются один поверх другого. Мы можем только предполагать, что рисование животных включалось в какой‑то ритуал и что изображение, например, бизона было чем‑то вроде попытки установить связь с животным или приобрести над ним сверхъестественную власть. Такая догадка может показаться слишком функциональной, однако не следует забывать, что до самого последнего времени человек был глубоко погружен в природный мир — этот мир являлся д ля него источником пропитания, естественной средой, одновременно оставаясь источником опасности и всего необъяснимого.

Скорее всего, возникновение художественной деятельности на столь раннем этапе человеческой истории связано с небольшим, но существенным отличием между человеком и другими животными, хотя в то же время сам предмет раннего искусства демонстрирует его тесную связь с окружающими существами. Все животные уникальны; генетические мутации, приведшие к появлению человека, просто подарили миру еще одного члена семейства приматов. По всей видимости, для этого примата характерна способность сознания, которая позволяет ему мыслить, планировать и понимать особым образом, недоступным другим приматам (впрочем, его психика, мозг, основные анатомические черты гарантируют также определенную общность с ними: в способности к привязанности, к собственничеству, в сексуальном влечении, в способности к общению, товариществу, насилию). Определяя эти отличительные признаки, нам приходится соблюдать осторожность, так как недавние исследования показали, что приматы и другие животные способны к языковой коммуникации и некоторым другим видам деятельности (например, к обману и злоупотреблению наркотическими веществами), которые долго считались уникальной принадлежностью человека. Так или иначе, у людей всегда было стремление к изображению окружающего мира в рисунках и других визуальных образах, которое, насколько нам сейчас известно, является уникальным.

Вполне обоснованно предположить, что это стремление связано с особенностями нашего сознания—возможно, представляет собой его побочный продукт. Благодаря способности обобщать, планировать и думать наперед люди получили очевидные преимущества в изготовлении орудий, организации собирательства и охоты, строительстве убежищ — что в сумме наделило их неизмеримо большим по сравнению с родственниками–приматами потенциалом в аспекте пропитания и обитания. Однако то же самое сознание, как мы знаем из собственного опыта, заставило людей настойчиво искать смысл в окружающем мире. Способность изготовить копье, с помощью которого лишенный когтей примат может убить северного оленя, есть часть того же самого ментального инструментария, благодаря которому у этого примата появляется вопрос, не связаны ли, к примеру, фазы луны с погодой, или с удачной охотой, или с болезнью. В то время как большинство животных справляются с превратностями этого мира в прагматической, рефлекторной манере, человеческое сознание не может смириться с отсутствием смысла. Поэтому люди начали создавать символы, выдумать истории и соблюдать ритуалы, делавшие окружающий мир осмысленным, — все для того, чтобы переменчивость погоды, судьбы, здоровья, охоты и земледелия не осталась непонятной.

Искусство, культура, религия и, позднее, наука стали частью того процесса, в который, скорее всего, мы были вовлечены с самого начала нашей истории. Пещеры Ляско и Альтамиры перестали быть обитаемыми с началом очередной фазы стремительной трансформации европейского климата.

Пик последнего оледенения пришелся на 18 тысяч лет назад, и 13–10 тысяч лет назад быстрое потепление в Европе начало серьезно влиять на ландшафт и размер человеческой популяции. Эта доисторическая фаза известна как переход от палеолитического периода к мезолитическому. 10–8 тысяч лет назад густые леса распространились по большей части континента, поднявшийся уровень океана затопил многие прибрежные равнины и перерезал пути миграции, открытая тундра была оттеснена на крайний север. Тогдашние европейцы тоже начали переселяться на север — не столько вслед за отступающими льдами, сколько подгоняемые наступающими лесами. Популяция Южной Европы (прежде самой населенной части континента) резко сократилась в связи с оскудением пищевых ресурсов. Северный олень как основной предмет добычи уступил место лесным видам животных, таким как благородный олень и дикий кабан. На тот же временной промежуток приходится вымирание мамонта и гигантского оленя. Размер человеческих групп сократился, доступные артефакты того времени демонстрируют меньшую заботу о совершенстве орудий и реализме изображений. Исчезают изделия из бивня, сменившие их изделия из дерева, кости и рога отличаются большим количеством и разнообразием. К тому же мезолитическому периоду относятся довольно распространенные кремневые наконечники для стрел (некоторые из них были обнаружены археологами внутри животных), лезвия топоров и тесел, скребки и сверла, а также мотыги из рогов и сплетенные из прутьев ставные неводы.

Все это указывает на то, что на юге Европы людям поначалу пришлось отвоевывать себе право на существование у наступающих лесов и что излюбленными местами заселения становятся север и атлантическое побережье континента, где внутриматериковые и прибрежные воды превосходно обеспечивали как пропитание, так и пути сообщения. В Тибринд-Виге, в море неподалеку от датских берегов, были найдены рыболовные крючки на бечевке и «текстиль», сотканный из пряжи, которую получали из растительных волокон. Там же обнаружилось и разукрашенное лодочное весло. Глиняные сосуды (раньше предполагалось, что гончарное дело впервые появилось у земледельцев неолита) были известны на территории Скандинавии уже 5600 лет назад, как и хижины с ямами для столбов и деревянными полами, которые настилались из расщепленных березовых и сосновых бревен, переложенных слоями коры.

Стар–Карр, мезолитическая стоянка неподалеку от восточного побережья в Йоркшире, почти наверняка являлась летним форпостом мезолитической культуры Скандинавии. Среди найденного в этой озерной местности — головные уборы из оленьих рогов, деревянное весло для каноэ, гарпуны из рогов и зазубренные наконечники для стрел. Летние гости этого края охотились в лесах на территории более 200 квадратных миль, добывая благородных оленей, косуль, кабанов, рыбу, уток и других водоплавающих птиц (по некоторым оценкам, численность только благородного оленя на этой территории доходила в то время до 3000 голов).

[Gosha]

Бесписьменные общества

Современный человек впервые появился на землях Запада около 40 тысяч лет назад. На этой границе между геологическим и доисторическим временем Европа пережила несколько оледенений, которые наложили глубокий отпечаток как на ее ландшафт, так и на флору и фауну. Первые люди перекочевали на материк не после окончательного отступления льда, а в межледниковый промежуток — история самых ранних европейцев есть история приспособления к постоянно меняющемуся миру. Первые современные люди прибыли в Европу из северо–восточной Африки и Ближнего Востока, где, судя по археологическим данным, жили уже 90 тысяч лет Возможно, какое‑то время они существовали бок о бок с неандертальцами, однако около 40 тысяч лет назад те вымерли, оставив Homo sapiens sapiens единственным представителем рода Homo.
Как и сегодня, Европа того периода состояла из нескольких природных зон. Ледовый покров на севере (и вокруг Альп) к югу сменялся обширным поясом тундры и степей, леса же занимали только узкую полоску средиземноморского побережья. Уровень моря был примерно на 120 м ниже современного, и на месте южной части Северного моря и западной Франции простирались огромные прибрежные равнины, образовывавшие с нынешними Британскими островами непрерывную поверхность суши и вдававшиеся в океан. Несмотря на суровость зимы в полосе тундры и степи, эти просторы были местом обитания многочисленных стад травоядных: прежде всего северных оленей, также бизонов, диких лошадей, туров, а в самые древние времена — мамонтов и других «ледниковых» млекопитающих.
Весьма вероятно, что самые древние люди в Европе, архантропы, добывали себе пропитание поисками павших животных, однако уже неандертальцы и современные люди научились для этой цели убивать крупных млекопитающих. Охота — предприятие, сложность которого не стоит недооценивать: для такого животного, каким является человек (физически слабый, лишенный когтей примат), убийство даже самого малоподвижного травоядного представляет собой непосильную задачу в отсутствие орудий и некоторой доли организации. С пришествием современных людей начинают широко распространяться пластинчатые изделия из камня: скребки, резцы, наконечники, ножи, шила — в производстве орудий ранние европейцы демонстрируют замечательную изобретательность и сноровку. 33–тысячелетней давности изделия из кости и бивня показывают, с каким поразительным мастерством они умели вырезать, распиливать, затачивать и полировать доступные материалы.
Холодный климат означал, что людям, как и животным, на которых они охотились, поневоле приходилось быть сезонными кочевниками — продвигаться на север в летний период и отступать на юг в зимний. Вначале они, вероятно, не занимались охотой систематически, однако вскоре были найдены способы охоты, которые не так сильно зависели от удачи и которые в результате привели к переменам в социальной организации ранних людей. Уже 30 тысяч лет назад места обитания групп охотников–собирателей начинают подтягиваться к основным маршрутам сезонной миграции травоядных млекопитающих. К примеру, река Везер и долина Дордони находились на пути миграции северных оленей с летних пастбищ в районе Центрального массива на Атлантическую равнину, их зимнему ареалу Костные останки, найденные в этих местах, как правило, по одному животному на каждую стоянку, указывают на систематическую эксплуатацию одного вида добычи. Человеческие сообщества становятся крупнее — на стоянках Ложери–От и Лоссель на юге Франции, в Дольни Вестонице, Виллендорфе и Костенках в Центральной и Восточной Европе жили десятки и даже сотни человек. Подобное расширение групп стало возможным благодаря большей оседлости — вместо того чтобы следовать за стадами, теперь люди могли поджидать их в определенных местах. Это позволило селиться в пещерных системах, а также на открытой местности, устраивая достаточно долговечные жилища из костей, камня и деревянных столбов. Хотя Европа преимущественно оставалась безлюдным континентом, плотность населения и число крупных стоянок значительно выросли в тех областях, где было достаточно животных ресурсов.

[Gosha]

12 сентября 1940 года четверо подростков случайно забрели в одну из пещер комплекса Ляско на юге Франции, где обнаружили знаменитую «картинную галерею». Верхние части пещеры и почти весь свод сплошь покрывали реалистические изображения туров, лошадей, буйволов, каменных козлов и других животных; в галереях, найденных в глубине пещеры, нашлось еще больше высеченных и нарисованных анималистических изображений, возраст которых оценивается в 17 тысяч лет. К тому времени на севере Испании в пещерном комплексе Альтамира, где раскопки велись с 1879 года, вместе с орудиями и другими артефактами были обнаружены образцы архаической наскальной живописи, оставленные людьми, которые обитали там 18–14 тысяч лет назад. Хотя красота и искусность этих находок никем не оспаривались, открытия, сделанные в Ляско и Альтамире, породили долгие, не прекратившиеся по сей день дебаты о функции искусства в доисторических обществах. Наскальная живопись находится в глубине пещер, она почти целиком сводится к изображению добываемых животных (изображения человека редки и, как правило» нереалистичны), наконец, что удивительнее всего, рисунки часто располагаются один поверх другого. Мы можем только предполагать, что рисование животных включалось в какой‑то ритуал и что изображение, например, бизона было чем‑то вроде попытки установить связь с животным или приобрести над ним сверхъестественную власть. Такая догадка может показаться слишком функциональной, однако не следует забывать, что до самого последнего времени человек был глубоко погружен в природный мир — этот мир являлся д ля него источником пропитания, естественной средой, одновременно оставаясь источником опасности и всего необъяснимого.

[Gosha]

Скорее всего, возникновение художественной деятельности на столь раннем этапе человеческой истории связано с небольшим, но существенным отличием между человеком и другими животными, хотя в то же время сам предмет раннего искусства демонстрирует его тесную связь с окружающими существами. Все животные уникальны; генетические мутации, приведшие к появлению человека, просто подарили миру еще одного члена семейства приматов. По всей видимости, для этого примата характерна способность сознания, которая позволяет ему мыслить, планировать и понимать особым образом, недоступным другим приматам (впрочем, его психика, мозг, основные анатомические черты гарантируют также определенную общность с ними: в способности к привязанности, к собственничеству, в сексуальном влечении, в способности к общению, товариществу, насилию). Определяя эти отличительные признаки, нам приходится соблюдать осторожность, так как недавние исследования показали, что приматы и другие животные способны к языковой коммуникации и некоторым другим видам деятельности (например, к обману и злоупотреблению наркотическими веществами), которые долго считались уникальной принадлежностью человека. Ткк или иначе, у людей всегда было стремление к изображению окружающего мира в рисунках и других визуальных образах, которое, насколько нам сейчас известно, является уникальным. Вполне обоснованно предположить, что это стремление связано с особенностями нашего сознания—возможно, представляет собой его побочный продукт. Благодаря способности обобщать, планировать и думать наперед люди получили очевидные преимущества в изготовлении орудий, организации собирательства и охоты, строительстве убежищ — что в сумме наделило их неизмеримо большим по сравнению с родственниками–приматами потенциалом в аспекте пропитания и обитания. Однако то же самое сознание, как мы знаем из собственного опыта, заставило людей настойчиво искать смысл в окружающем мире. Способность изготовить копье, с помощью которого лишенный когтей примат может убить северного оленя, есть часть того же самого ментального инструментария, благодаря которому у этого примата появляется вопрос, не связаны ли, к примеру, фазы луны с погодой, или с удачной охотой, или с болезнью. В то время как большинство животных справляются с превратностями этого мира в прагматической, рефлекторной манере, человеческое сознание не может смириться с отсутствием смысла. Поэтому люди начали создавать символы, выдумать истории и соблюдать ритуалы, делавшие окружающий мир осмысленным, — все для того, чтобы переменчивость погоды, судьбы, здоровья, охоты и земледелия не осталась непонятной. Искусство, культура, религия и, позднее, наука стали частью того процесса, в который, скорее всего, мы были вовлечены с самого начала нашей истории.

[Gosha]

Шумеры

Шумеры – одна из древнейших (а по некоторым источникам – самая древняя) цивилизаций Ближнего Востока, и всё, что с ней связано, овеяно множеством тайн и загадок.
Загадка первая: как возникла цивилизация шумеров?
Временные рамки возникновения этой цивилизации, определённые исследователями, очень размыты. Одни учёные утверждают, что шумерская цивилизация между реками Тигром и Евфратом (юг современного Ирака – «Двуречье») появилась на рубеже 3–4 тысяч лет до н. э., другие считают, что это произошло много раньше – примерно за 6 тысяч лет до н.э.
Странно, что упоминаний о шумерах нет ни в египетских, ни в греческих летописях. Между тем, имеются легенды и мифы шумеров, о которых речь пойдёт чуть позже.
Загадка вторая: кем были шумеры?
Кем были первые шумеры, тоже никто не знает. В это время Ближний Восток почти повсеместно был заселён семитской группой народов, к которой шумеры не принадлежали ни этнически, ни в языковом отношении, ни в смысле культуры. Это был совершенно иной, отличный от семитских племён, народ. И невольно возникает вопрос: как шумеры там оказались?
По одной из версий, они пришли с моря, возможно, из Азии. По другой, было завоевание Месопотамии. Но кем и когда?
Третья версия гласит, что шумеры пришли с гор. В пользу этой версии говорит способ постройки шумерских храмов – они возводились на искусственных насыпях или на сложенных из кирпича и глиняных блоков холмах – террасах. К тому же в шумерском языке слова «страна» и «гора» пишутся одинаково. Правда, у «горной» гипотезы имеются изъяны: в шумерском эпосе упоминается родина шумер, которую они называли прародиной всего человечества, или остров Дильмун, где нет гор!
А между тем находятся подтверждения другой теории, согласно которой шумеры пришли на Ближний Восток морским путём. Ведь, во-первых, они заселялись в устьях рек, а во-вторых, активно занимались ирригационным хозяйством, мореплаванием и судоходством.
Получается, что единственное, на чём сходятся все учёные, это на том, что шумеры – были народом «пришлым», чужеродным для Ближнего Востока. При этом остается тайной, почему они прозвали себя «черноголовыми»?
Загадка третья: куда делась цивилизация шумеров?
Древняя шумерская цивилизация состояла из городов-государств, не имевших политической общности, соперничавших между собой, но в то же время торговавших друг с другом. Таких территориально-общественных образований, во главе которых стояли правители, совмещавшие в себе роли военачальников и верховных жрецов, в Двуречье существовало около полутора десятков, и естественно, им подчинялись более мелкие территории.
Позднее шумерская цивилизация начала незаметно пропадать, тая постепенно, как утренний туман. Поскольку она не имела единой государственной целостности, сначала возникло более сильное шумеро-аккадское царство, затем пропал шумерский язык (его вобрал в себя аккадский), а потом появился и легендарный Вавилон. Так, семиты эволюционно сменили шумеров, которые то ли ассимилировали с другими народами, то ли вовсе исчезли.
Загадка четвертая: письменность шумеров и их открытия
Шумерская письменность считается едва ли не первой на земле. Ярчайшим примером её использования служит табличка из Киша (около 3500 г. до н. э.). За табличкой следуют документы, обнаруженные на раскопках древнего города Урук и датируемые 3300 годом до н. э.
Язык шумеров обладал уникальной агглютинативной структурой; письменность представляла собой пиктограммы, а точнее – клинопись. В шумерском существовало много односложных слов, использовались также логограммы и силлабограммы. Первоначально число шумерских языковых символов достигало тысячи, пока не снизилась до 600.
Загадка пятая: мифы шумеров
Мифы и легенды – особая «категория» в исследовании любого народа. Тут часто речь идёт о тайнах, постигнув которые, можно узнать очень многое. Жаль только, что приоткрыть этот сакральный покров редко кому удаётся.
Самым известным произведением шумерской литературы слывёт «Эпос о Гильгамеше», где собраны первые легенды, позже переведённые на аккадский язык.
Также в библиотеке царя Ашшурбанапала была найдена табличка с эпосом, где повествуется о легендарном царе Урука Гильгамеше, его друге Энкиду и поисках секрета бессмертия. Любопытно, что одна из глав эпоса, а именно история Утнапиштима, который спас человечество от всемирного потопа, практически дублирует библейское предание о Ноевом Ковчеге. Вообще компетентные исследователи полагают, что шумерские мифы о происхождении мира и всемирном потопе за несколько тысячелетий до появления Библии уже стали достоянием индоиранско-арийской культуры и были отражены в Ригведе.
Не менее известны, чем вышеупомянутые легенды, шумеро-аккадский космогонический эпос «Энума элиш» и серия табличек «Урра-Хубуллу», которые можно рассматривать как своеобразную энциклопедию, состоящую из 24 книг. Помимо перечисленных литературных памятников есть и другие, не менее будоражащие интерес учёных всего мира. К примеру, при археологических раскопках среди развалин Ниневии (столицы Ассирии) была найдена библиотека глиняных табличек с рассказом об истории шумеров и Земли, уходящей в прошлое на сотни тысяч лет! Но самый интересный шумерский миф рассказывает о происхождении вселенной. Он учит нас о том, что изначальный Океан (А-ки-ан: «Не-земля-небо») породил праостров-гору Киан, внутри которого зародился Энлиль («воздушное колыхание», «ветер»), разделивший мать Ки («земля») и отца Ан («небо»).
Загадка шестая: религия шумеров
Некоторые учёные убеждены, что религия древних шумеров нашла своё отражение в индоиранской и других культурах мира.
Для шумерской религии был характерен целый пантеон богов и божеств, именуемый DINIGIR, но в Ниппуре находился Э-кур – храм общешумерского бога Энлиля, которого шумеры чтили как бога верховного. Существовала даже специальная печать, где верховное божество сочетало в себе признаки создателя вселенной Энлиля и бога мудрости Энки.
В целом религия шумеров напоминала язычество Египта и Древней Греции, поскольку необъяснимые и непонятые природные явления шумеры приписывали деятельности богов.
Возвращаясь к мифам, заметим, что в одной из шумерских легенд рассказывается об умирающем и воскресающем божестве. Это свидетельствует о вере шумер в великую цикличность, царящую повсюду.
Ещё шумеры думали, что любое божество может обратиться к кому-то из «избранных», но что самому человеку не дано увидеть бога, ибо его можно лишь услышать.
Любопытным было представление шумеров и о смерти. Они рассматривали смерть не как полное прекращение всего сущего, а лишь как переход в другой мир, в вечность. На земле человек должен был служить богам, однако с приходом болезней он не мог это делать, поэтому на земле становился ненужным и переходил в иной мир. Кроме того, пока человек был жив, он имел своё четко обозначенное место и строгие обязанности по отношению к правителям (жрецам).
Что же касается шумерских храмов, то на их стенах часто встречались изображения лодочников, а также жертвоприношений. При этом рисунки земных жертвенников и участков небес, куда были устремлены жертвоприношения, очень напоминали «решётку» и помещённый вверху над ней Х-образный знак. Щ-образный знак левее «решётки» был похож на жертвователей шумерских печатей, а «ёлочка» правее Х-образного знака сочеталась с принимающими жертву небесными божествами.

[Gosha]

Что стало с шумерами

Конечно, отдельные города-государства хоть и просуществовали больше тысячи лет, но навечно остаться отдельными не могли. Не так устроены люди. Рано или поздно появился бы человек, который захотел бы все это объединить (отнять у других и забрать себе). И такой человек нашелся. Царь Саргон основал Аккадское царство, объединив (захватив земли) шумеров и местные поселения семитов. Если шумеры были первой в истории цивилизацией, то Аккад стал первым в истории централизованным государством под управлением царя с большой армией.

Так называемая "Маска Саргона" Скульптурное изображение царя Саргона
В дальнейшем яркие следы шумерской культуры можно найти в других местных культурах: Вавилоне, Египте и Ассирии. Мы тоже пронесли память о древней шумерской культуре сквозь тысячелетия. Ведь большинством изобретений шумеров мы пользуемся до сих пор: ценим золото, считаем год в месяцах и любим пиво. А многие культурные образы и легенды, которые, например, отражены в христианстве и исламе, играли определяющую роль в мировоззрении человечества. Шумеры строили здания из трех видов материалов в зависимости от социального статуса и значимости постройки. Камней и древесины в округе было мало, поэтому приходилось использовать другие материалы.
Самые простые здания строились из тростника. Тростниковые хижины и лодки создавались легко, материала было в изобилии. Также в строительстве активно использовались песок и солома. Более дорогие постройки строились из глины. А самые главные и богатые – из сырцового кирпича. Одежда была, но с учетом климата и культуры – многие люди ходили и вовсе без одежды. Классический вариант – каунакес, который носили все богатые люди. Это юбка или платье с широким вырезом. Ее шили из меха или тканей.
Шумеры с детства пили пиво. И это связано не с какой-то особой любовью к алкоголю. Просто такой напиток обеззараживал воду, которая часто была испорчена в местных источниках. Шумеры подобрали идеальное соотношение для напитка - 3% спирта. Такая крепость позволяла эффективно уничтожать патогены и, одновременно, не возникало проблем с обезвоживанием, как у более крепких напитков. Шумеры придумали использовать золото. Именно шумерам мы обязаны тем, что золото получило такую популярность у людей и стало мерилом богатства.
Чем же приглянулось золото шумерам?
Золото просто в обработке - не нужно раскалять, как железо - оно и так мягкое. Золото легко найти - намыть в реках и просто собрать с поверхности самородки (естественно, в те времена - сейчас уже почти все золото с поверхности собрано, остались только залежи). И, наконец, в-третьих - золото обладает обеззараживающими свойствами. Как серебро, только чуть меньше. Поэтому посуда из золота была еще и полезной в быту. Письменность тоже появилась не просто так. А как необходимость вести бухгалтерию. Кстати, первое, известное в истории имя, принадлежало как раз простому бухгалтеру.

[Gosha]

Пережившие потоп


На юге современного Ирака, в междуречье Тигра и Евфрата, почти 7000 лет назад поселился загадочный народ – шумеры. Они внесли весомый вклад в развитие человеческой цивилизации, но мы до сих пор не знаем, откуда шумеры пришли и на каком языке говорили.
Долину Месопотамии издавна населяли племена семитов-скотоводов. Именно их вытеснили на север пришельцы-шумеры. Сами шумеры не состояли в родстве с семитами, более того, их происхождение по сей день неясно. Неизвестна ни прародина шумеров, ни языковая семья, к которой принадлежал их язык. На наше счастье, шумеры оставили много письменных памятников. Из них мы и узнаем, что «шумерами» этот народ называли соседние племена, а сами они именовали себя «санг-нгига» - «черноголовые». Язык же свой они называли «благородным языком» и считали единственным пригодным для людей (в отличие от не столь «благородных» семитских языков, на которых разговаривали их соседи). Но шумерский язык не был однородным. Были в нем особые диалекты для женщин и мужчин, рыбаков и пастухов. Как звучал шумерский язык, неизвестно по сей день. Большое количество омонимов позволяет предположить, что язык этот был тоновым (как, например, современный китайский), а значит смысл сказанного часто зависел от интонации. После заката шумерской цивилизации, язык шумеров еще долго изучался в Месопотамии, так как на нем были написаны большинство религиозных и литературных текстов.
Одной из главных загадок остается прародина шумеров. Ученые строят гипотезы, основываясь на археологических данных и сведеньях, полученных из письменных источников. Эта неизвестная нам азиатская страна должна была располагаться на море. Дело в том, что шумеры попали в Месопотамию по руслам рек, а первые их поселения появляются на юге долины, в дельтах Тигра и Евфрата. Сначала шумеров в Месопотамии было совсем немного – и не удивительно, ведь корабли могут вместить не так уж много переселенцев. Видимо, они были хорошими мореплавателями, раз смогли подняться вверх по незнакомым рекам и найти подходящее место, чтобы пристать к берегу. Кроме того, ученые считают, что шумеры происходят из гористой местности. Не зря в их языке слова «страна» и «гора» пишутся одинаково. Да и шумерские храмы «зиккураты» по своему виду напоминают горы – это ступенчатые сооружения с широким основанием и узкой пирамидальной вершиной, где и находилось святилище. Еще одно важное условие – эта страна должна была обладать развитыми технологиями. Шумеры были одним из наиболее продвинутых народов своего времени, они первые на всем Ближнем Востоке начали использовать колесо, создали ирригационную систему, изобрели уникальную письменность. По одной из версий, эта легендарная прародина располагалась на юге Индии.
Шумеры не зря избрали своей новой родиной долину Междуречья. Тигр и Евфрат берут начало в Армянском нагорье, и несут в долину плодородный ил и минеральные соли. Из-за этого почва в Месопотамии чрезвычайно плодородная, там в изобилии росли фруктовые деревья, злаки и овощи. Кроме того, в реках водилась рыба, на водопой стекались дикие звери, а на заливных лугах было вдоволь пищи для скота.
Но у всего этого изобилия была и обратная сторона. Когда в горах начинали таять снега, Тигр и Евфрат несли в долину потоки воды. В отличие от разливов Нила, разливы Тигра и Евфрата нельзя было предсказать, они не были регулярными. Сильные разливы превращались в настоящее бедствие, они уничтожали все на своем пути: города и деревни, колосящиеся поля, животных и людей. Наверно, впервые столкнувшись с этим бедствием, шумеры и создали легенду об Зиусудре. На собрание всех богов были принято страшное решение – уничтожить все человечество. Лишь один бог Энки пожалел людей. Он явился во сне к царю Зиусудре и велел ему построить огромный корабль. Зиусудра выполнил волю бога, на корабль он погрузил своё имущество, семью и родичей, различных мастеров для сохранения знаний и технологий, домашний скот, зверей и птиц. Двери корабля были засмолены снаружи. Наутро начался страшный потоп, которого испугались даже боги. Дождь и ветер свирепствовали шесть дней и семь ночей. Наконец, когда вода начала отступать, Зиусудра покинул корабль и принес жертвы богам. Тогда в награду за его верность, боги даровали Зиусудре и его жене бессмертие.

Эта легенда не просто напоминает предание о Ноевом ковчеге, скорее всего библейская история является заимствованием из шумерской культуры. Ведь первые дошедшие до нас поэмы о потопе восходят аж к XVIII веку до нашей эры.

Шумерские земли никогда не являлись единым государством. По сути дела это была совокупность городов-государств, каждый со своим законом, своей казной, своими правителями, своей армией. Общими были лишь язык, религия и культура. Города-государства могли враждовать между собой, могли обмениваться товарами или вступать в военные союзы. В каждом городе-государстве правили три царя. Первый и самый главный назывался «эн». Это был царь-жрец (впрочем, эном могла быть и женщина). Главной задачей царя-эна было проведение религиозных церемоний: торжественных процессий, жертвоприношений. Кроме того, он заведовал всем храмовым имуществом, а иногда – имуществом всей общины. Важной сферой жизни в древней Месопотамии было строительство. Шумерам приписывают изобретение обожженного кирпича. Из этого более прочного материала строились городские стены, храмы, амбары. Заведовал возведением этих сооружений жрец-строитель энси. Кроме того, энси следил за оросительной системой, ведь каналы, шлюзы и плотины позволяли хоть немного контролировать нерегулярные разливы.
На время ведения войны шумеры избирали еще одного предводителя – военного вождя – лугаля. Самым известным военным вождем был Гильгамеш, подвиги которого увековечены в одном из самых древних литературных произведений – «Эпосе о Гильгамеше». В этой истории великий герой бросает вызов богам, побеждает чудовищ, привозит в родной город Урук драгоценное кедровое дерево и даже спускается в загробный мир.