Мобильная версия
Ученые опровергли главный миф о происхождении человека. Так, британский и бразильский археологи доказали, что изготавливать каменные орудия труда умеют не только человекообразные обезьяны, но и другие виды низших приматов, сообщает BBC.
Долгое время умение изготовлять орудия труда из подручных средств, и использовать их по назначению считалось уникальной чертой, отличающей человека от приматов. Теперь доказано, что данное умение не является уникальным для группы (Hominini), куда, кроме шимпанзе, относят человека и гориллу. По мнению специалистов, одни виды приматов изготавливают камни с острыми краями, другие тоже их делают, но не используют.
Например, чернополосые капуцины, обитающие в Бразилии, могут изготовить острое орудие. Капуцины поднимают камни и целенаправленно бросают их вниз с обрыва, тем самым оббивая об другие булыжники. Однако чтобы подтвердить, что камни, найденные палеонтологами, используются как орудия труда, необходимы дополнительные доказательства.
Новокаледонский ворон гнёт прутик. (Фото James St Clair / University of St. Andrews.)
Новокаледонские вороны приобрели способность изготовлять и использовать орудия труда благодаря необычно прямому клюву и отменному бинокулярному зрению. Об этом заявляют британские биологи в статье, опубликованной в журнале Nature Communications. Считается, что большинство птиц из рода воронов обладают недюжинными умственными способностями. Они часто обгоняют многих млекопитающих и других пернатых в тестах на сообразительность. Большинство орнитологов считают новокаледонских воронов (Corvus moneduloides) чемпионами в этой сфере.
Эти птицы, вместе с человеком и некоторыми высшими приматами, входят в «элитный клуб» животных, умеющих изготовлять и пользоваться орудиями труда.
Группа биологов под руководством Кристиана Ратца (Christian Rutz) из Оксфордского университета (Великобритания) попыталась найти эволюционные причины развития такой способности у воронов, сравнив их анатомическое устройство с другими представителями рода Corvus. В своей работе Ратц и его коллеги обратили свое внимание на два основных «инструмента» при изготовлении и использовании орудий труда – «визуальные сенсоры» в виде глаз и «манипулятор» - клюв. Биологи сравнили строение глаз, широту поля и бинокулярность зрения, а также форму клюва у новокаледонских воронов и их ближайших родственников в лице обычных воронов, грачей, галок, пегих воронов (Corvus albus) и черных ворон (Corvus corone). Оказалось, что новокаледонские вороны обладают самым широким полем бинокулярного зрения не только среди своих родственников, но и большинства других птиц. По словам биологов, поля зрения левого и правого глаза Corvus moneduloides пересекаются на 60 градусов, что примерно на 10 градусов больше, чем максимальные показатели для других птиц с хорошим бинокулярным зрением.
Ученые проверили, влияет ли бинокулярность зрения птицы на ее способность пользоваться орудиями труда. Для этого ученые поместили инфракрасную камеру в ствол искусственного «дерева», где была спрятана пища, и проследили за расположением и движением глаз своих подопечных, извлекающих пищу из тайника. Бинокулярное зрение оказалось одним из ключевых приспособлений для работы с орудиями труда. Как утверждают ученые, птицы старались смотреть внутрь «тайника» двумя глазами, пытаясь достичь максимальной четкости и «глубины» картинки. Используя палочку или другие орудия труда, Corvus moneduloides держали ее в кончике клюва, удерживая инструмент внутри бинокулярного «сектора» зрения. Особый, необычно «плоский» клюв стал вторым ключевым фактором, позволяющим новокаледонским воронам использовать орудия труда. Как утверждают ученые, такая форма клюва позволяет Corvus moneduloides удерживать палочки и другие инструменты как параллельно клюву, так и под большим углом.
По словам биологов, «скошенные» инструменты лучше подходят для извлечения пищи из узких отверстий, чем палочки, которые птицы держали бы параллельно клюву, так как они не загораживают поле зрения ворона. Другие представители рода Corvus обладают загнутым клювом, что не позволяет им держать орудия труда в пределах области стереоскопического зрения. Как отмечают Ратц и его коллеги, пока не понятно, были ли эти особенности Corvus moneduloides причиной или следствием развития их уникальных способностей. Тем не менее, изучение других отличий новокаледонских воронов от их ближайших родственников может стать ключом к пониманию того, как развивались аналогичные навыки у человека и его непосредственных предков, заключают биологи.
Человек современный к которому относят себя всё Цивилизованное человечество по-прежнему принадлежит ЗООМИРУ, то есть гоминидам. ГОМИНИДЫ - (Hominidae), самое высокоорганизованное семейство человекообразных обезьян. Включает современного человека, его предшественников — палеоантропов и архантропов, а также, по мнению большинства учёных,— австралопитековых. Некоторые учёные ограничивают семейство Гоминид лишь собственно людьми, начиная с архантропов. Сторонники расширения, трактовки семейства включают в него 2 подсемейства — австралопитековые и собственно людей (Homininae) с 1-м родом человек (Homo) и 2 видами — человека прямоходящего (Нomo erectus) и человек разумный (Нomo sapiens). По мнению многих авторов, Нomo sapiens разделяется на 2 подвида — неандерталец (Нjmo sapiens neanderthalensis) и современный человек (Нomo sapiens sapiens).
ПИСЬМО УЧЕНОМУ СОСЕДУ
Не могу умолчать и не терплю, когда учёные неправильно мыслят в уме своём, и не могу не возразить Вам. Отец Герасим сообщил мне, что будто Вы сочинили сочинение, в котором изволили изложить не весьма существенные идеи на щот людей и их первородного состояния и допотопного бытия. Вы изволили сочинить, что человек произошёл от обезьянских племён мартышек, орангуташек и тому подобных. Простите меня старичка, но я с Вами касательно этого важного пункта не согласен и могу Вам запятую поставить. Ибо, если бы человек, властитель мира, умнейшее из дыхательных существ, происходил от глупой и невежественной обезьяны то у него был бы хвост и дикий голос. Если бы мы происходили от обезьян, то нас теперь водили бы по городам Цыганы на показ, и мы платили бы деньги за показ друг друга, танцуя по приказу Цыгана или сидя за решёткой в зверинце. Разве мы покрыты кругом шерстью? Разве мы не носим одеяний, коих лишены обезьяны? Разве мы любили бы и не презирали бы женщину, если бы от неё хоть немножко пахло бы обезьяной, которую мы каждый вторник видим у Предводителя Дворянства? Если бы наши прародители происходили от обезьян, то их не похоронили бы на христианском кладбище; мой прапрадед, например Амвросий, живший во время оно в царстве Польском, был погребён не как обезьяна, а рядом с аббатом католическим Иоакимом Шостаком.
Остаюсь уважающий Вас Войска Донского отставной урядник из дворян, ваш сосед Василий Семи-Булатов. (А.П. Чехов Соч. в 30 томах том 1).
Может быть, Василий Семи-Булатов прав, что человек не мог произойти от обезьяны, а то, как то не сурьёзно и по-простецки произойти именно от оной.
